Раньше, чтобы узнать, ходит ли «налево» законная половинка, нанимали частных детективов. Теперь об этом дорогостоящем методе приморцам можно забыть: в Уссурийске на базе одного из охранных предприятий открыли специальный кабинет с детектором лжи. Прием ведет профессиональный психолог. Чтобы развеять сомнения, достаточно привести к нему супругу или супруга и заплатить 6,5 тысячи рублей — такова цена правды.

Задержалась на работе – значит изменяла?

По случайности (не назовешь ее счастливой) из-за ревности мужа наши взаимоотношения дали трещину. Бесконечные звонки по телефону от мужчин (но это же по работе!), задержки в редакции допоздна, дежурства в выходные мало способствовали укреплению семьи. Когда выяснения отношений превратились в семейную традицию, я сама предложила мужу проверить меня на детекторе лжи:

— Не веришь мне, пусть прибор докажет, что я не вру!

От такого предложения Сергей сначала обалдел, но на него согласился.

Попасть на прием оказалось несложно: я записалась по телефону. Правда, ожидание заняло почти неделю. Дело в том, что в день могут проверить только одного человека — процедура занимает около трех часов. Затем еще четыре часа информация обрабатывается. Поэтому в день проверяют только одного человека.

Всю дорогу до Уссурийска мы молчали. Казалось, каждый ждал от другого «отбоя», но показаться трусом никто не захотел. И вот мы у дверей: я уверена в своей верности, но дух все равно перехватывает. А вдруг прибор покажет что-то не то?

В кабинете, обставленном стандартной офисной мебелью, нас встречает специалист по работе на детекторе лжи Ирина Черненко. Она психолог и полиграфолог (специалист по работе на детекторе лжи). Ирина – само олицетворение ангельского терпения, спокойствия и доброжелательности. Видимо, эти качества необходимы, чтобы уравновесить бурные эмоции клиентов.

— У вас есть основания подозревать жену в неверности? – зазвучал мягкий голос Ирины.

— Конечно! Она постоянно в командировках по нескольку дней, на мобильный не дозвонишься. Понятно, что в ТАКИЕ моменты ей не до меня, — начал закипать Сергей. На шее у него выступили красные пятна. Я знаю эту его особенность – волнуется сильно.

— Сереж, ну ты же знаешь мою работу, — как можно ласковее говорю я.

— А где и с кем ты была вечером 5 декабря? Опять рабочая встреча? – горячится Сережка.

Ирина дипломатично прерывает скандал:

— Давайте определимся, что для вас значит измена. Некоторые пары подразумевают под этим легкий флирт, улыбку, адресованную коллеге.

— Секс с другим человеком! — почти хором выпаливаем мы.

За правдой возвращаются немногие

Ирина просит нас подождать полтора часа. Время требуется для того, чтобы подготовить для каждой пары индивидуальные вопросы. Мы посидели в соседнем кафе, продолжая разговор в духе «а я помню, когда ты» и «на себя посмотри», и во второй раз отправились в заветный кабинет.

Увидев нас, Ирина удивилась. Оказалось, что пары очень редко возвращаются в кабинет. Многие, пока пьют кофе, успокаиваются. Были случаи, когда муж просил жену подождать пару минут, а сам бежал за цветами и шампанским, возвращались домой они, держась за руки…

Но мой Сережка не такой. Помните поговорку: «лучше горькая, но правда»? Вот, это про него. Романтик, блин.

Поэтому, чтобы сделать любимому приятное, я подписываю декларацию «О добровольном прохождении опроса с использованием детектора лжи».

— Вы не беременны? На беременных мы проверок не проводим, — предупреждает Ирина.

— Нет! — заверила я. (В этот момент муж послал в мою сторону убийственный взгляд.)

— Принцип действия полиграфа основан на реакциях организма. Когда человек лжет, он совершает насилие над психикой, самого себя не обманешь, — говорит Ирина. — У человека в момент лжи независимо от его воли, желания и усилий организм сам выдает всю информацию.

Стул, на котором я сижу, опутан множеством проводков. Два датчика прикрепили мне на тело: один считывает нижнее дыхание, второй – верхнее. Следующим прицепили тонометр – для контроля давления. На пальцы прикрепили три прищепки, они контролируют потоотделение.

Первый вопрос звучал так: «Готова ли я откровенно отвечать на вопросы?». Следующие касались непосредственно темы измены. Ирина называла различные фамилии моих знакомых мужчин, с которыми, по подозрениям мужа, я могу крутить романы. Этот список Сергей передал заблаговременно. Длились расспросы два часа.

Все хорошо, но осадок остался

Опять молча гуляем по Уссурийску. Хочется, чтобы все поскорее закончилось. Впереди у нас четыре часа свободного времени (или четыре часа изощренной пытки?), пока Ирина обрабатывает показания детектора лжи. Наконец, результат готов. Смотрю на Сережку – у него на лбу выступили капельки пота.

— Ага! – злорадно подумала я. – Будешь знать, как мне не верить!

И, наконец, долгожданный вывод: я не изменяла! Точность – 97 процентов.

— Спорить о результатах полиграфа бессмысленно, — утверждает Черненко. — Обмануть его невозможно.

На лице Сережки застыла маска удивления и радости.

— Прости, любимая, — только и сказал он, сгреб меня в охапку и потащил вон из уже ставшего ненавистным кабинета.

Кстати, не все так легко, как мой Сережка, верят показаниям детектора. Это видно по холодному выражению глаз. Но, значит, в таком случае, жене (мужу) и не нужна была правда. Хуже, когда детектор фиксирует измену. Стены кабинета помнят жуткий вопль «Я так и знал!», который издал один мужчина и схватился за сердце. Пришлось вызывать скорую.

У нас все закончилось счастливо. Но осадочек от недоверия любимого все равно остался…

Комментарий психолога

Зоя ЛЮТИК, медицинский психолог:

«После проверок пары часто распадаются»

— Решения проверить свою супругу (супруга) на полиграфе принимаются под воздействием сильных эмоций. Потом часто приходится слышать: лучше бы я этого не знал. Это когда подтверждается факт измены. Но даже если подозрения были напрасными, тот из супругов, кого проверяли, страдает. В таких семьях установить доверительные отношения не удается потом долгое время. Нередко пары распадаются.